logo

Обь - великая река Сибири

Перейти на основной сайт
ИА ИНВУР Логотип Инновационного портала УрФО

Крутой поворот

Добавлено: 2006-08-24, просмотров: 6164


ЕКАТЕРИНБУРГ. Идею очередного «великого поворота» рек, прямо-таки отдаюшую дурновкусием, а часто и пугающей, леденящей тоской, я снова услышал пару лет назад.

Тем летом последнюю отпускную неделю я проводил на родине, в деревенской вольнице. И вот, исследуя однажды речку своего детства, я заприметил в густом ивняке, обступившем июльское мелководье, дивный и заманчивый омуток. Травяной бережок оказался не затоптанным. Мое нутро мигом охватил рыбацкий азарт. Аж засосало под ложечкой. И вернувшись под вечер домой, я, к чему-то торопясь, накопал на месте прошлогодней огуречной гряды ярко-красных, сочных червей, подлатал видавшие виды снасти, из старой банки изладил котелок под будущий улов и погладил на весь двор базлавшего (ждал свежего парного молока) кота Василия, который заметно отощал после бурных весенних свадеб:

- Потерпи, браток, будет тебе завтра настоящее рыбное лакомство – лапки оближешь…

Кот мне искренне поверил, и утречком, стараясь не шуметь, я прихватил с собой портативный радиоприемник, рыбацкую поклажу, выбрался на улицу и пошлепал по росистой деревенской конотопке к приглянувшемуся накануне месту. Под ногами путался легкий ленивый туман. Народ еще спал. Только бойкие петухи, стараясь перещеголять друг друга, выпендриваясь перед своим гаремом, вовсю драли разноголосое горло.

Предчувствия меня не обманули. Клев был отменный! Прожорливые, разнокалиберные окуньки словно сами просились из воды в мое немудреное ведерко. Через час, однако, азарта поубавилось – рыбалка получалась на редкость бесхитростной. Тогда я насадил на крючок живца (не возьмет ли хищная щучка!), забросил его подальше, едва ли не к противоположному берегу, где заманчиво торчали густые пучки осоки, и включил на малую громкость «Маяк».

- Мэр Москвы Юрий Лужков,- сообщил сладкий, приятнейший женский голос,- озвучил вчера идею, что вода уральских и сибирских рек может стать полноценным и выгодным товаром. Он предложил вернуться к проекту переброски наших северных водных артерий в Казахстан и Среднюю Азию. По словам градоначальника, этот коммерческий проект уже имеет немало сторонников…

Меня словно кипятком ошпарило. Что за чушь, опять, что ли, за старое? Еще один революционер столичного масштаба?

Впрочем, на эту щекотливую тему «Маяк» распространяться почему-то не стал. Но настроение резко упало. Я бестолково смотрел на медленно текущую, весело журчавшую на коряжных перекатах Ольховку и словно бы уже прощался с ней, как будто обратный северный водяной вал мог ее бесследно поглотить или, наоборот, безжалостно вытянуть жилы, иссушить до последнего родничка…

Сто лет спустя

Казалось бы, идея Ю.Лужкова (неглупый же человек!) настолько дика, абсурдна, грозит настоящей экологической катастрофой Уралу и Сибири, непредсказуемыми нравственными и экономическими потерями, грубым вторжением в сложившийся уклад жизни миллионов россиян, что, как говорится, на этом месте лучше бы поставить жирную точку и тихо разойдись по домашним очагам.

Не тут-то было!

Предложение «человека в кепке», видать, упало на хорошо взрыхленную, удобренную почву. Как будто его ждали. Или команды - хорошенько «прокачать», прощупать общественное мнение. И вот уже Российский институт стран СНГ, общественные организации "Фонд идей XXI века" и "Водное экономическое общество России", ничтоже сумняшеся, проводят в Москве международную конференцию по стратегии водных проблем! Как заявил тогда радиостанции "Немецкая волна" директор Научного центра межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии Центральной Азии профессор Виктор Духовный, одной из основных тем на конференции стали…перспектива переброски вод сибирских рек в Центральную Азию и связанные с этим политические, правовые, экономические, инвестиционные проблемы.

Вопрос водообеспечения Центрально-Азиатского региона всерьез поднимался на заседании глав государств – членов Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в 2003 году.

Затем эту же проблему горячо, с пристрастием обсудили российские депутаты на закрытом заседании Комитета Госдумы по делам СНГ. Так, по мнению ряда политиков и экспертов, острый дефицит чистой и питьевой воды в странах Центральной Азии сегодня угрожает не только экологии и экономике, но и безопасности России (!?).

Спрашивается, на каком же основании? А вот на каком.

«Главная опасность жажды в Центральной Азии в первую очередь заключается в возможном социальном взрыве и развязывании межнациональных конфликтов в этом регионе, причем с участием исламского фундаментализма,- таково мнение известного депутата Вячеслова Игрунова.- Здесь любой конфликт может привести к непредсказуемым последствиям. Поскольку границ от Ферганской долины до Казани у России практически не существует, то вся напряженность с юга может легко индуцироваться в Россиию, которая вовсе не заинтересована в дестабилизации каких-либо стран постсоветского пространства».

А чтобы мало не показалось, приводится в пример планетарный кризис – высыхание Арала.

«Обнажившееся дно умирающего Арала площадью 40-50 тысяч кв. километров разносит сотни тысяч тонн песка и вреднейших минеральных солей (1 млн тонн в год) по российской территории, причем песчаные бури уже доходят до Оренбурга, Орска, Волгограда, Саратова и южных областей Уральского региона».

Логика проста, как валенок: лучше дадим этим азиатам воду, к тому же за деньги, и они нас, возможно, пока не тронут…

Вслед за нижней палатой российского парламента комитет Совета Федерации по природным ресурсам и охране окружающей среды совместно с администрацией Омской области и МИД России провели в Омске свое выездное заседание. Тема тоже весьма характерна: "О водоохранных проблемах бассейна рек Обь и Иртыш в рамках проекта переброски вод сибирских рек для вовлечения их в хозяйственный оборот Российской Федерации и стран Средней Азии". Закрепили эту акцию столичные и местные мудрецы круглым столом и, как полагается, фуршетом.

И пошло-поехало…

Мы не будем искать черную кошку в темной комнате. Возьмем быка за рога: отчего это мэр Москвы, неожиданно для многих, предложил реанимировать скандальный проект постройки магистрального водного канала?

Оказалось, незадолго до своего громкого заявления он побывал в Центральной Азии, и обозреватели здраво рассудили, что Лужков выполняет просьбу своих азиатских друзей, тем более, что в Узбекистане, например, сразу вслед за этим тоже созвали международную конференцию по каналам.

Думается, вода – это один из немногих, еще не проданный доселе товар, выгодный, как нефть, это крупный бизнес. Поэтому не верьте явно «заказному» анализу проекта переброски вод в его сегодняшнем виде: мол, Лужков имел в виду прежде всего интересы России, выгоды Сибири, развитие которой требует свежих, оригинальных идей для того, чтобы вовлечь новые (и немалые!) капиталы в масштабные регионообразующие программы. Дескать, канал в своём верхнем течении даст сегодня желанную воду южным районам Тюменской области, Зауралью, Челябинску, Магнитогорску, Орско-Халиловскому промышленному району - а ведь это крайне водонеобеспеченные территории. Далее по трассе канал пришел бы в Северный Казахстан, где на реке Тургай можно соорудить солидное водохранилище. Почему именно тут? Тоже все просто: в этом регионе огромные запасы угля, который не разрабатывается именно из-за отсутствия воды. Без нее "сидит" и новая казахстанская столица - Астана. Подача одного кубометра воды в этот город стоит сейчас 1 доллар. Поэтому сибирская влага накрепко привязала бы экономику Северного Казахстана к России. Вот вам-де и деньги, и высокая геополитика…

Если бы я сидел на рыбалке, то в этом месте обязательно хлопнул бы рюмашечку водки. Без бутылки тут никак не разобраться!

Так что давайте - с самого начала. Если быть точным, клубок этих проблем завязался еще в XIX веке. Канал Сибирь-Центральная Азия - вовсе не советская идея, хотя она хорошо укладывается в политику большевистской гигантомании. На самом деле проект возник в Киеве в 1868 году, когда русские инженеры и узбекские хлопкопромышленники сообща начали осваивать Голодную степь. Через три года этот, уже оформленный документ был детально изложен в книге инженера Якова Демченко под названием "О наводнении Арала для улучшения климата прилежащих стран".

Спустя 100 лет к этому проекту, уже крепко поднаторев в глобальном покорении природы, вернулись энергичные советские гидротехники. Стоимость канала, который бы транспортировал сибирскую воду в Центральную Азию, в 1986 году оценивалась в 16 млрд долларов США. Правда, существовал и другой вариант. Можно было соорудить не канал, а гигантский водовод из труб диаметром три с половиной метра. Тут не были бы нужны мосты и в 10 раз уменьшались потери воды на испарение. Но оказалось, что стоимость проекта № 2 непомерно велика, и советские гидротехники, даже с их страстью к великим «стройкам века», от водовода дружненько отреклись. Только канал! Казалось, еще чуть-чуть, и под ревом мощных бульдозеров лик огромной территории СССР начнет меняться прямо на глазах. Как в сказке…

Многие также думают, что идея «переброски части стока сибирских рек в Среднюю Азию и Казахстан» связана исключительно с «историческими» решениями ХХУ и ХХУ1 съездов КПСС. Нет, были еще и «рекомендации», принятые 27 апреля 1978 года в Ташкенте на приснопамятной научной конференции, которую организовали Совет президентов академий наук среднеазиатских республик, Институт водных проблем АН СССР, Среднеазиатское отделение ВАСХНИЛ имени В.И.Ленина, комиссия научного совета Академии наук СССР по проблеме «Размещение производительных сил».

С годами же эта идея в башках наших чиновников укоренялась все глубже и глубже. При обсуждении Основных направлений экономического и социального развития СССР на 1986-1990 годы и на период до 2000 года проекты переброски северных рек уже занимали заметное место в дискуссиях. Безоговорочно за проект «великого поворота» (и понятно, почему) голосовали Министерства мелиорации и водного хозяйства СССР, РСФСР, «Союзгипроводхоз», Институт водных проблем АН СССР. Колебались, выжидали, метаясь туда и сюда, ВАСХНИЛ и Институт географии АН СССР. Но когда ХХУП съезд КПСС обсуждал Политический доклад Михаила Горбачева, а затем доклад советского премьера Николая Рыжкова, эта проблема снова вышла в обществе чуть ли не на первый план.

Специалисты-перебросчики воды выражали искреннее недоумение: а что тут тянуть, с каких это пор чисто технические проекты открыто обсуждаются общественностью? Низ-зя! Но ведь раньше никакой дискуссии, собственно, и не было! А было безудержное восхваление «проекта века» его авторами в печати, суть которого состояла в том, что проектировщики уже все учли, продумали, все инстанции прошли и дело за немногим – реализовать идею в натуре. Так что не надо мешать, дайте только отмашку…

Те, кто реанимируют очередную «авантюру века», пытаются представить дело так, будто бы расходы на суперканал на сей раз будут не столь велики. С усердием и ревностью они пишут служебные записки, что затраты на проект 80-х гг. подсчитывались теми, кто должен был получить средства для реализации проекта и потому, мол, расходы были чрезмерно завышены.

Слава Богу, еще сохранились архивы. И для опровержения этого тезиса достаточно привести цитату из выступления известного экономиста, академика Абела Аганбегяна, который вовсе не претендовал на средства для реализации глобального «водного проекта». На заседании Совета Министров СССР в 1986 году он сказал:

«Я буду говорить только о сибирской переброске, которую я изучал досконально, и буду говорить только об экономике. Спрашивается, сколько она будет стоить? Сама канава – около 100 миллиардов рублей. Но это, повторяю, не канал, а канава. Для того, чтобы она стала каналом, нужны дороги, мосты, здания и т.д. – одним словом, инфраструктура, которая будет стоить гораздо дороже…»

По свидетельству талантливого советского писателя Сергея Залыгина, образно говоря, грудью вставшего на пути преобразователей природы, «в первых редакциях технико-экономических обоснований проектов переброски речного стока утверждалось, что их осуществление еще раз продемонстрирует всему миру неоспоримые преимущества социалистической системы хозяйства».

Вот и все! Вот он, козырный туз. Не случайно главными достоинствами проекта считались не экономическая выгода, не улучшение качества жизни людей, а его масштабность и уникальность. Грандиозное отождествлялось с безупречным.

Ведь это только на первый и самый поверхностный взгляд «проект века» - высокая и далеко не всем доступная наука, на самом деле это подлинный примитив: не хватает воды в одном бассейне – перебросим ее из другого. Что может быть проще! Разработать и осуществить систему экономии оросительной воды, внедрить в производство современные способы полива – это сложное дело, руки не доходят, значит – отложим на потом, а сейчас – переброска, немедленно! Тем более, что и некоторые ученые были – за. Даже такие, как президент АН СССР академик Анатолий Александров!

При этом разработчики преследовали, как и нынешний Лужков, на первый взгляд, самые благие цели. (Даже язык не поворачивается их ругать). Обеспечить население чистой водой. Удовлетворить технологические нужды промышленности и сельского хозяйства. Соединить одной гидротехнической системой Печору и Волгу (а 40 кубических километров воды в год - это и спасение загнивавшего тогда на глазах Азова). С другой стороны - решить целый комплекс проблем огромного региона, охватывавшего Западную Сибирь, Алтай, восточную часть Урала, Казахстан и республик Средней Азии.

Что при этом учитывалось? Что удастся оросить огромные пространства Приаралья, Прикаспия, улучшить водоснабжение промышленного Урала и т.д. Аргументы: если дать живительную влагу богатейшим землям юга страны, то они возвратят все затраты сторицей. Ведь только в районе Аральского моря, растолковывали нам, дуракам, было свыше 20 миллионов пригодных, но бесполезных без воды гектаров; в низовьях Сырдарьи планировалось восстановить 4 миллиона га плодородных земель, еще 2 миллиона гектаров - в Туркмении; хотелось оживить и пустующие пастбища в Казахстане. По берегам рукотворных каналов, названных их именами, планировщикам уже виделись в мечтах города и поселки, предприятия, зеленые оазисы, тучные стада крупного рогатого и мелкого парнокопытного скота, плодородные поля и цветущие сады…

Многое, однако, смущает. Снова читаем Сергея Залыгина:

«Значит, проектируем переброску в бассейн Кубани 6 кубокилометров воды в год, а теряем там при орошении 9 кубокилометров. При этом никто и слышать не желает, что объем неиспользованного в бассейне местного стока – 70 кубокилометров!

Проектируем канал длиной 2400 километров, шириной 200 метров понизу с перекачкой на 110 метров для переброски 27 кубокилометров из Сибири в Арал, а теряем в Средней Азии 49 кубокилометров, заболачиваем и засоляем в связи с этим миллионы гектаров ценнейших земель. И поливаем в Средней Азии так же, как и тысячи лет тому назад, - с помощью кетменя. Ученые подсказывают, что там сосредоточены солидные запасы подземных вод. Но они под землей, а вода Сибири – на виду. Перегнать ее в Среднюю Азию – и вся недолга!..

Говорили, что уровень Каспийского моря из года в год понижается, а он за девять лет повысился на 1 метр 20 сантиметров, что составляет 450 кубокилометров, или 75 объемов годичной переброски по первому этапу проекта. Теперь, по выражению одного ученого, не Каспий надо спасать, а от него спасаться, и Дагестан уже запрашивает 200 миллионов рублей на строительство береговых оградительных дамб…»

Экстенсивные методы в земледелии, когда прибавка продукта получается за счет увеличения посевных площадей и потребления воды, - тупиковый путь. Особенно он губителен в водопользовании: брать чистую воду кубокилометрами, загрязнять ее в десятки, сотни раз выше предельно допустимых концентраций и «возвращать» в таком виде природе – никаких руковотворных морей не хватит! Не случайено все великие проекты ХХ века, которые были в конце концов отвергнуты (мы к этому еще вернемся), противоречили главной разумной тенденции – принципу водосбережения и тянули за собой серьезные вмешательства в экологические системы, последствия которых никто не мог предсказать.

Вот такое простое головотяпство.

И, я думаю, из памяти моего и, разумеется, более старших поколений именно поэтому не стерлись массовые протесты советской общественности 80-х гг., направленные против глобальных проектов переброски северных рек Печоры, Вычегды, Оби, Иртыша, Енисея и других в бассейны Каспийского и Азовского морей, а также в Казахстан и Среднюю Азию. Масштабы задуманного не у всех тогда захватывали дух. Идея, как мы уже убедились, была «сырой», непроработанной. Влекла за собой тягчайшие последствия. А в условиях, когда большинство населения Советского Союза прозябало на скудное жалованье и скупые пенсии, вбухивать миллиарды народных рублей в песок и землю многим светлым умам Отечества казалось абсолютно аморальным деянием…

Оценим объективно: горбачевская перестройка сорвала замки на многих запретах. Это хорошо. Именно по этой причине медики смогли нас предупредить, что переброска северных вод опасна в санитарно-эпидемиологическом отношении. Биологи говорили, что пострадают флора и фауна сразу в нескольких речных бассейнах. Геологи, бывало, просто хватали разработчиков за руку, поскольку те проектировали трассы каналов в заведомо неподходящих для этого грунтах и сейсмологически опасных зонах. Историки, археологи закономерно опасались безвозвратной гибели памятников нашей истории и культуры. Крупнейшие экономисты, ученые, писатели, инженеры, агрономы приводили доводы: против, против, против…

Так, самую активную позицию заняли отечественные писатели. Например, в резолюции У1 съезда писателей РСФСР говорилось:

«Делегаты съезда выражают серьезную озабоченность решением экологических проблем…».

И хотя кое-кто иронично назвал этот писательский форум «съездом мелиораторов», в Политическом докладе Михаила Горбачева ХХУП съезду КПСС была прилюдно выражена благодарность и поддержка тем писателям, которые защищают родную природу…

Вопрос о переброске рек поднимался и в мае 1986 года на заседании секретариата российского Союза в Ленинграде, чуть позже на УШ съезде, причем – с особой остротой. Сергей Михалков и Юрий Бондарев по поручению коллег по цеху даже обратились в Верховный Совет СССР со специальной петицией.

Голос против необдуманного, конъюнктурного «проекта века» поднимали и такие знаковые фигуры страны, как Василий Белов, Дмитрий Лихачев, Валентин Распутин, Борис Рыбаков. Их активными сторонниками были академики Г.В.Добровольский, Н.Н.Красовский, Б.Н.Ласкорин, Д.С.Павлов, Г.И.Петров, А.Л.Яншин и многие-многие другие. Пять отделений АН СССР констатировали научную несостоятельность и вредность проектов поворота рек. Против переброски северных вод выступили почти все без исключения экологические организации Советского Союза. Именно они создали общественное мнение и предотвратили великое несчастье, грозившее России.

И долгожданное свершилось! 16 августа 1986 года в массовой печати было опубликовано решение Политбюро ЦК КПСС, в котором говорилось:

«Рассмотрев вопросы осуществления проектных и других работ, связанных с переброской части стока северных и сибирских рек в южные районы страны, Политбюро в связи с необходимостью дополнительного изучения экологических и экономических аспектов этой проблемы, за что выступают и широкие круги общественности, признало целесообразным прекратить указанные работы. В принятом по данному вопросу постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР предусматривается сосредоточить главное внимание и сконцентрировать материальные средства прежде всего на более экономном и эффективном использовании имеющихся водных ресурсов, комплексном использовании всех факторов интенсификации сельскохозяйственного производства».

Так закончился многолетний, непримиримый спор между сторонниками и противниками крупномасштабного вмешательства в природу. Переведем дух и мы.

Чистая вода - золото

Действительно, спор закончился, бурные страсти вроде бы утихли. «Проект века» признан научно несостоятельным и непомерным по затратам для экономики государства. Не мудрено, что тогда, на заре горбачевской перестройки, всем нам, глотнувшим свежего воздуха, конечно, думалось: победили демократия, государственный подход и здравый смысл, что эта тема навсегда закрыта. Невероятное – очевидно.

Нет, как видим, в последнее время в печати и по телевидению все чаще раздаются голоса, снова призывающие осуществить переброску избыточной воды сибирских рек в Центральную Азию и Казахстан, и даже европейских рек – в Волгу. Но если еще в 80-е данный проект наш союзный Совмин признал колоссальной нагрузкой на экономику державы, то неужели экономика современной России, даже вкупе с рыхлыми экономиками среднеазиатских республик, стала гораздо мощнее? Или у нас появилось много «лишних», свободных денег и их просто некуда девать? Увы. Тем поразительней, что "опальный" проект, как призрак, уже в новом, «рыночном» тысячелетии снова бродит по нашим российским просторам.

Какие же «дрожжи», черт возьми, его кормят?

Оставим пока в стороне главного публичного радетеля этой идеи. Думается, одна из причин интереса к обсуждаемому проекту заключается еще и в том, что за последние 15 лет человечество столкнулось с очень серьезным, глобальным кризисом, вызванным нехваткой питьевой воды. По прогнозам специалистов, эта беда уже в ближайшие 10-20 лет начнет угрожать всей планете. Айсберги Антарктиды тут не спасут. Вода становится все более приоритетным и вместе с тем взрывоопасным ресурсом. Вспомним хотя бы нешуточные военные и дипломатические конфликты между Израилем и арабским миром, Ираком и Турцией, Индией и Пакистаном. Египетом и Суданом…

Россия же на этом фоне просто преуспевает, обладая огромными запасами пресных вод. Так, суммарный среднемноголетний сток ее рек составляет 4270 кубических километров (227 из них поступает к нам из-за рубежа). Только в озере Байкал в наши дни сосредоточено 20 процентов мировых запасов пресной воды. С другой стороны, из-за ее недостатка в мире ежегодно умирает 3-4 миллиона человек. Не удивительно, что взоры сопредельных маловодных государств все чаще и чаще обращаются в сторону нашей страны, в ход идут любые приемы, а продажные политики и бизнесмены уже глотают слюнки, подсчитывают возможные барыши от экспорта доброкачественной влаги.

Давно не секрет, что и в Центральной Азии, а не только за пределами бывшего СССР, вода стала уже предметом межгосударственных разборок. Так, узбеки и казахи косо смотрят на Киргизию, которая перевела режим работы Токтогульского водохранилища с ирригационного на энергетический, что существенно понизило уровень воды в Сырдарье. Есть претензии и к Туркмении, где, как и во времена СССР, продолжают осваивать новые земли, резко увеличивая забор воды в Каракумский канал. А Китай в верховьях Иртыша тоже забирает воду, грубо говоря, наплевав на мнение соседей и возможную напряженность в отношениях. Никто Пекину запретить это делать не может.

В самом деле, Китай сейчас затевает очень серьезные гидротехнические действия относительно иртышской воды. Так как по действующему международному соглашению каждая страна может забирать себе 50 процентов воды, которая течет по ее территории, Пекин самостоятельно распоряжается гидроресурсами Черного Иртыша, что, естественно, вызывает большое раздражение Москвы и Казахстана. Ведь если все государства начнут «до дна» вычерпывать это право, то трансграничные реки вообще могут исчезнуть с лица земли!

Поэтому, даже лежа на домашнем диване, можно легко спрогнозировать несколько вариантов развития событий в этом регионе.

Если сегодня учесть все требования энергетики и сельского хозяйства стран Центральной Азии, то воды тут просто-напросто не хватит. Общий сток Сырдарьи, Амударьи и других здешних рек - 130 кубокилометров в год, а страны собираются использовать 135 куб. км. К тому же и Афганистан, оправившись от изнурительной войны, уже требует свою долю амударьинской воды - это еще около 10 куб. км. Где же взять недостающую? Только у нас, в Сибири. Дело за малым – обломать Россию.

Есть и другой сценарий, более здравый. Его авторы надеются, что страны региона будут строить свои отношения на гидросолидарности, то есть учитывать взаимные интересы. Так, уже упоминавшийся Виктор Духовный считает:

"За 25-30 лет, прошедших с того времени, как мы начали заниматься этим вопросом, сегодня цены на сельскохозяйственную продукцию во всём мире резко упали. Цены на хлопок, которые в основном лежали в обосновании переброски сибирских рек, снизились в два раза. Цены на рис, зерно, пшеницу - в полтора раза. Так понадобится ли сибирская вода в предбрюшье России? Надо привлечь все свои резервы. По нашим прогнозам, если страны региона начнут работать совместно, кооперироваться, будут нацелены на интегрированное управление водными ресурсами, они смогут выжить до 2020 года на собственной воде. Но после этого демографическое давление, которое продолжается, - а ежегодные темпы роста населения составляют в среднем по региону 2,5% - потребует привода воды извне".

Это факт. Но в любом случае, даже если мы согласимся и канал будет строиться, на это уйдет лет 15, начинать работы, стало быть, нужно не позднее 2010 года, а проектные - уже сегодня. Но тут возникает, как черт из табакерки, новая жгучая проблема: а какую рентабельность сельского хозяйства закладывает сегодняшний проект?

Опять говорит Виктор Духовный:

"Можно ли будет окупить эту воду? Да, если поднять продуктивность воды за 20 лет на основе её экономного использования, по крайней мере, до 8-10 центов за кубометр. Тогда можно будет 2-3 цента заплатить за воду, которая будет доставлена из Сибири. Без экономного расходования воды окупить сибирские поставки невозможно. А даром её никто не даст. Поэтому надо сначала научиться экономно потреблять воду у себя".

А вот мнение посла Казахстана в Российской Федерации Алтынбека Сарсенбаева:

«Сотрудничество России с Центральной Азией в скором времени будет определяться не столько нефтью и газом, сколько водой. Особого внимания заслуживает то обстоятельство, что проблемой водообеспечения региона активно занялись государства НАТО. Поэтому совместная с Россией программа развития гидроэнергетики в Центральной Азии могла бы сыграть значительную роль в создании будущей инфраструктуры безопасности…»

Что это, если не шантаж: не дадите воду, позовем НАТО и будем дружить с Западом?

Обращаю ваше внимание, уважаемый читатель: о сибирской воде в Азии уже говорят, как о деле, в принципе вроде бы уже решенном (никуда, мол, Россия не денется!), хотя обоснование проекта будущего канала сегодня больше похоже на боевую сводку.

В Узбекистане из 125 тысяч га рисовых полей сегодня засеиваются лишь 4 тысячи. Именно тут, надо сказать, больше всех и ратуют за перераспределение водного баланса сибирских рек – хотя бы до 5 процентов стока Оби и Иртыша. А чему удивляться, если население этой республики ежегодно увеличивается на полмиллиона человек. Для нормального самообеспечения продовольствием, по расчетам, узбекам требуется 0,3 поливных гектара на человека, сегодня этот показатель – 0,17 га. А поскольку уже сейчас почти 90 процентов водных ресурсов республики расходуются на нужды орошаемого земледелия, то после 2010 года здесь может разразиться настоящая гуманитарная катастрофа. Из Приаралья ввиду недостатка влаги пришлось переселить уже 150 тысяч человек. Из-за уменьшения горных ледников Сырдарья вскоре потеряет 28 процентов своего стока, Амударья - 40. Зато в 2050 году население здешнего региона увеличится вдвое. Что они будут пить? Хозяйственники и политики снова возвращаются к идее «разжиться водой за счет соседей».

Так, может, построим канал? Или нет?

Деньги – на ветер, вода – в песок

Как была озаглавлена служебная записка московского мэра Президенту России Владимиру Путину,мы, конечно, не знаем. Да это не меняет сути дела. Ничего же в подходах не изменилось! За основу, похоже, снова взяты старые схемы и расчеты. То есть предлагается забрать часть воды из рек Обь-Иртышского бассейна и по вырытому каналу протяженностью 2550 километров, шириной 200 (варианты – от 280 до 420 метров!) и глубиной 16 метров направить ее в Казахстан и далее - в республики Центральной Азии. За соответствующую цену, разумеется.

Но есть в этой проблеме несколько существенных моментов, которые никак нельзя игнорировать

Предполагается, что это чудо инжереной техники позволит оросить 1,5 млн га российских сельхозземель и 2 млн гектаров – центральноазиатских. Распределить транспортируемую воду планируется следующим образом: по областям России на начальном участке трассы канала – 4,9 кубокилометров, северному Казахстану – 3,4 куб. км, на подпитку рек Сырдарья и Амударья – 16,3 кубических километра. По мнению сторонников проекта, из Оби ежегодно можно черпать 27,2 миллиарда литров воды – до 7 процентов ее общего объема.

На драгоценную воду уже есть покупатели – Казахстан, Узбекистан, Туркмения и, возможно, Афганистан. Стоимость проекта, по различным оценкам, колеблется от 30 до 60 миллиардов долларов.

Самое время вернуться назад, в будущее. Вспомним. Первоначальный проект переброски части стока сибирских рек включал в себя так называемый Тургайский вариант-I. Канал по этому сценарию планировалось провести через Тургайские степи с использованием собственно реки Тургай. А что это за водная артерия? Правильно будет сказать: река Тургай течет «из ниоткуда и в никуда». Летом ее поток теряется в просторах иссушенной казахстанской земли, испаряясь прямо на глазах. У нее нет стока ни в море, ни в озеро. В лучшие годы Тургай дотягивается до другой, такой же безродной речки Иргаз, и если им вместе повезет, то они могут соединятся с Эмбой, которая в этом случае дотечет до Каспийского моря. Однако суровая природа тех мест не всегда гарантирует эти прямые водно-родственные связи.

И еще. Из нашего же с вами кошелька предлагается гарантия, правда, не в пользу Эмбы, а в фонд обмелевшего донельзя Аральского моря – планетарного страдальца, не по прихоти природы обмелевшего, а по велению пресловутых преобразователей окружающей среды. Море-озеру крупно досталось в 60-е годы от Хрущева в результате, так сказать водотъемных операций, когда воды основных рек, питающих его, Сырдарьи и Амурдарьи, переадресовали хлопковым полям, на повышение урожаев риса, арбузов и овощей юга Средней Азии. И Арал, после того как высох пролив Берга, съежился подобно шагреневой коже, превратившись в два водоема, больший – на юге, и меньший на севере. Водоем теперь надо спасать! А как? Эта задача весьма оригинально разрешается в «Рекомендациях» уже упоминавшейся Ташкентской научной конференции 1978 года (наиболее основательных, проработанных в деталях — они и служили основой дальнейших проработок):

«3. При разработке ТЭО (технико-экономического обоснования. — Авт.) и технического проекта не следует допускать разрыва во времени этапов строительства канала на 25 и 60 кубических километров воды. Канал целесообразно с самого начала запроектировать таким образом, чтобы была возможность последовательно увеличивать его пропускную способность с 25 до 60 кубокилометров».

Тут в каждой строке чувствуется богатырский размах покорителей природы.

Рассматривался даже такой вариант: в районе впадения Тобола в Иртыш соорудить Тобольское море с системой судоходных шлюзов на специальной плотине. Мощные насосные станции производительностью 1000 кубов в секунду подняли бы воду на 75 метров к Тургайскому водоразделу. Дальше она пошла бы самотеком до Минбулакского водохранилища в Приаральской низменности, а из этого резервуара - в Амударью, Сырдарью, оросительные каналы.

Вот видите, как просто, а вы боялись!

Позвольте разработчикам поворота не поверить и более подробно остановиться на первой очереди канала (более известной) пропускной способностью в 25 кубокилометров иртышской воды в год. А этот объем, между прочим, - один Дон или два с половиной искусственных Урала! (А второй этап, как сказано выше, даже покруче – 60 кубокилометров). Но Иртыш в створе Омска на самом рубеже веков и тысячелетий, а именно в 2000 году, не очень благополучном по водному балансу для этого региона, пропустил 22,1 кубокилометра воды. Это тот самый Иртыш, у которого площадь водосбора составляет 321000 квадратных километров в трех странах - Китае, России и Казахстане. В самые лучшие годы он дает около 29 кубокилометров воды, но они почему-то случаются все реже и реже. В том же 2000 году, в том же районе, в той же единой водной системе и аналогичных погодных условиях Новосибирское (Обское) водохранилище испарило дополнительно, по сравнению с сушей, около 0,5 кубокилометра воды. А его уровень упал аж на 53 сантиметра. Какова же будет водная поверхность предлагаемой искусственной артерии Сибирь - Азия?

Зеркало будущего канала станет интенсивно фильтровать и испарять столь драгоценную влагу. С какой интенсивностью? Это мы можем только предположить, кто-то говорит - примерно 1-1,5 кубокилометра за сезон. Да в районе возвышенной гряды, где по предложенному «проекту» (это на южной границе Омской области) должно быть создано водохранилище, из которого по двум 16-метровым тоннелям, пробитым над грядой проходческими комплексами, и потечет обская водица, чтобы охладить накаленные солнцем Тургайские степи. Водохранилише, надо полагать, получится тоже с большущим зеркалом. И как мощная испарительная система, равная по площади зеркалу новосибирского рукотворного моря, может отобрать еще, как минимум, 0,5 -1,5 кубокилометра на испарение.

Сколько же из проектируемых кубокилометров дойдет до конца? И не превратится ли эта водица в конце пути в соляный раствор? Насчет раствора, может, и сильно сказано, но экологи однозначно предостерегают не увлекаться: сильное засоление почв на огромной территории вокруг канала и других водных объектов, которые будут ему сопутствовать, может принести больше вреда, чем пользы. Канал такой мощности в принципе мало что даст республикам Центральной Азии и Казахстана, кроме разве что головной боли. Как это случилось с каналом Иртыш - Караганда, ставшим за годы его эксплуатации источником закисления и засоления обширных земельных площадей, ради орошения которых в основном он и прокладывался.

Да, все было бы хорошо у наших «переворотчиков», но, по прикидкам независимых экспертов, потеря воды по пути «север-юг» из расчетных 27,2 куб. км в течение года может достигать 12 кубокилометров, а вовсе не 2-3, как предусматривает проект! Это практически половина всего объема поставляемой воды, что, разумеется, ставит серьезный вопрос об экономической эффективности задуманного шага.

При этом не мешало бы учесть, что на перекачку такого количества воды в гору не хватит мощности всей Новосибирской ГЭС (за 40 лет она выработала 74 млрд. кВт.час электроэнергии, на перекачку воды в канале проектируется забирать по 10,2 млрд. кВт.час электроэнергии ежегодно). Значит, придется строить новую ГЭС? А для этого еще одну плотину, еще одно водохранилище? Почему об этом молчат прожектеры? Эдак мы точно дойдем до полного покорения природы, пока не поставим ее на колени.

Апологеты «стройки века» утверждают, что окупить проект за счет продажи воды вполне возможно. Но в таком случае ее подача по каналу с земляным руслом - непозволительная расточительность. Каменный век! Ведь никто из разработчиков нового канала, как выясняется, серьезно не считал потери воды при транспортировке. Цифра предполагаемых потерь ими взята, грубо говоря, с потолка. Пространственная же изменчивость свойств грунтов и подземных вод вдоль трассы канала чрезвычайно высока. Например, значения коэффициента фильтрации на ряде участков трассы различаются в 100 тысяч раз, на два порядка отличается минерализация грунтовых вод.

По предварительным оценкам светил российской науки, академиков РАН Г.С.Голицына, В.М.Котлякова, Б.С.Соколова, Т.М.Энеева и ряда их коллег, еще раз подтверждается: до цели может дойти не более половины исходного водозабора. И как бы нам не оказаться в положении человека, который собирается с невиданным усердием носить воду в решете.

Спору нет: вода - это драгоценность, особенно для Казахстана и Центральной Азии, но тогда вспомним и уроки недавней истории. Широкомасштабное развитие орошения, начавшееся в СССР во второй половине XX века, было подготовлено отвратительно и еще хуже осуществлено. Магистральные оросительные каналы не имели противофильтрационной защиты, поэтому КПД оросительных систем был чуть больше 50 процентов. Методы орошения остались примитивными, требующими больших объемов воды. Переполив и отсутствие нормального дренажа привели к подъему уровня грунтовых вод, к подтоплению обширных территорий, а также к засолению земель, которые пришлось выводить из сельскохозяйственного обращения. Образовались обширные озера из сильно минерализованных и отравленных пестицидами сбросных вод, которые просто некуда деть.

Резюмируем: современный водохозяйственный кризис в Центральной Азии связан не столько с недостатком воды, сколько с экологической безграмотностью, байской экстенсивной политикой водопотребления. Ученые уверены: дополнительная подача воды без коренного мелиоративного улучшения орошаемых площадей лишь усугубит здешние проблемы. К успеху может привести только современное, эффективное использование водных ресурсов.

Между прочим, «перебросчики» умалчивают, что в Казахстане уже разработан реальный проект, часть еще более масштабной программы, которая на техническом языке называется довольно скучно – «Регулирование русла реки Сырдарьи и Северного Аральского моря». Но ее цена и размах вызывают уважение – 87 миллионов долларов, из которых две трети уже предоставил в качестве займа Всемирный банк и одну треть – республиканский бюджет. В районе Кзыл-Орды вовсю ведутся работы пор спрямлению и очистке русла реки, что в несколько раз увеличит ее пропускную способность и создаст своего рода защитный барьер на пути опустынивания Приаралья, восстановит условия для рыболовства и животноводства.

Однако герои крупномасштабных авантюр не унимаются. Более того - переходят в атаку. В некоторых публикациях российских СМИ решение об отмене переброски части стока северных и сибирских рек уже объявляется неправильным, противников проекта обвиняют в недобросовестной агитации, именуют псевдоучеными, псевдоэкологами, псевдопатриотами.

Академик Г.С.Голицын со товарищи предлагают: что ж, давайте попробуем беспристрастно вообразить, что последовало бы в случае принятия проекта переброски сибирских рек уже в самом недалеком будущем.

Создается Консорциум. Из-за отсутствия собственных денег и недостатка свободных средств у стран Центральной Азии берутся многомиллиардные кредиты под гарантии государств-участников.

В процессе строительства выясняется, что стоимость работ существенно занижена, берутся новые кредиты.

Подходит время возврата первых кредитов. Поскольку прибыли нет, государства-участники вынуждены изыскивать эти средства в своих бюджетах, урезая различные социальные, экономические и экологические программы; существующее орошаемое земледелие

продолжает деградировать из-за недостатка средств на реконструкцию оросительных систем, утилизацию дренажного стока, а новые оросительные системы создаются по прежним примитивным технологиям и калькам.

Строительство канала, наконец, завершено. Выясняется, что потери воды из него в несколько раз выше проектных, как следствие - резко возрастает стоимость воды для конечного потребителя.

Русло канала по мере его эксплуатации начинает заиливаться, берега его осыпаются, его чистят, поднимая ил на бортики и снова укрепляя берега. Идет время, ил прибывает, дно поднимается, бортики растут, и однажды вода оказывается на 5-10 метров выше окружающих полей. Начинается полная беда – фильтрация воды приводит к заболачиванию и засолению, а в итоге – к выводу из хозяйственного оборота громадных площадей ранее плодородных угодий.

Между тем выплаты по ранее взятым кредитам продолжают увеличиваться. Государства все глубже залезают в долговую яму. Россия не может в силу собственной экономической слабости помогать странам Содружества. Они вынуждены обращаться к западным кредиторам и просить о новых займах и отсрочках в обмен на политические уступки и распродажу национальных природных богатств западным (или восточным) компаниям.

Россия окончательно утрачивает свои позиции в Центральной Азии.

На первый взгляд, этот прогноз – готовый сценарий для триллера. Круто схвачено! Однако перед такой перспективой, согласитесь, нельзя успокаивать себя мыслью о том, что переброска - это бредовая идея, что денег на ее осуществление все равно нет и не будет...

Увы! Слишком хорошо известно, сколько бредовых и вредных решений принималось на протяжении богатой, но трудной истории России на горе нашему народу. Для того, чтобы довести идею переброски до сколько-нибудь ощутимых результатов, денег, конечно же, не хватит. А вот на то, чтобы в очередной раз сорвать «большой куш», ограбить свои народы - и России, и Центральной Азии, изуродовав при этом земли и воды, - на это «благое дело» средства наверняка найдутся.

Уроки египетских фараонов

Умные египетские правители говорили: «Мудрость хозяина состоит не в том, чтобы захлебнуться в воде, а в том, чтобы утоление жажды не переросло в порчу влаги…»

Пораскинем мозгами: может, мы, живущие в СССР и России, - исторические неудачники и у нас все просто валится из рук, мы обречены? У кого же тогда поучиться благородному опыту по переброске глобальных потоков воды? Ведь были же наверняка подобные попытки? Конечно, были.

Так, во второй половине XX века китайские власти поручили своим специалистам, с привлечением мирового опыта, разработать проекты переброски части стока южных рек в засушливые северные районы страны. Проектов было три - Западный, Средний и Восточный. В сумме предполагалось перекидывать 30 кубических километров воды в год. Не вышло.

В Индии тоже рассматривались аналогичные варианты. В частности, два из них продвигались более успешно: воду нескольких притоков Ганга решили направить в засушливые районы; часть стока Ганга перебросить в бассейн реки Каувери на юге - плато Декан.

Но все затмил самый амбициозный «проект века» под названием «Инга». Согласно ему предполагалось преобразовать соленое африканское озеро Чад в пресноводное, увеличить в размерах водное зеркало, чтобы на берегах этой жемчужины образовался курортный микроклимат. А достичь столь масштабных преобразований помогли бы каскад гидротехнических сооружений с электростанциями на реке Конго, образующих несколько водохранилищ, и переброс части стока реки на север, в озеро Чад. Избыточный баланс воды в озере должен был через рукотворный канал - «Второй Нил» - сливаться в Средиземное море.

Северо-Американский водно-энергетический альянс в свое время тоже разработал проект, согласно которому Аляска должна была напоить засушливые западные земли США - вплоть до севера Мексики. Трансконтинентальный водный путь, с плотинами, громадными водохранилищами и гидроэлектростанциями, тоннелями, рассчитанный на пропуск 110-150 кубических километров воды, предусматривал двоякую цель - и орошение сельхозугодий, и получение электроэнергии.

Еще более грандиозный проект был нацелен на перекачку 200 кубокилометров воды в год в засушливые районы центра Америки. А впридачу планировалось перекинуть 21 кубокилометр воды из низовий Миссисипи в долину реки Рио-Гранде и плато Нью-Мексико.

И, наконец, советское детище - не менее амбициозный проект, детально проработанный, с намеченными местами для атомных зарядов (с помощью которых намечалось выполнить гигантский объем земляных работ) и для строительства плотин гидроэлектростанций: часть стока Печоры в советское время хотели направить на пополнение водного бассейна Волга и Дона.

Все эти проекты, слава Богу, так и остались на бумаге. Кстати, археологи нашли в Междуречье Тигра и Евфрата оросительные системы с засоленными почвами, заброшенными еще в ХУП веке нашей эры. Ученые предполагают, что именно по этой причине пришли в упадок некоторые здешние государства того времени.

Но человечество, если верить Чарльзу Дарвину и Фридриху Энгельсу, в процессе своего интеллектуального развития чему-то да учится. Только не мы. Тот же Каракумский канал, гордость советских ирригаторов, имеет ведь и другую, теневую, так сказать, биографию, о которой предпочитают умалчивать. Эта более чем пятисоткилометровая артерия доносит в Туркменистан около 8 кубических километров воды, но взятой у Амударьи в гораздо большем объеме, причем этот добровольно-принудительный отъем произведен за счет умирающего от жажды Аральского моря. В итоге обводнение одного засушливого пространства фактически высушило целое море, породив невиданное в тех местах бедствие - соленые бури. Сейчас они покрывают толстым слоем соленой корки еще вчера плодородные угодбя. Есть ли методы борьбы с этим? Нет. Но покорители природы не останавливаются ни перед чем!

В жизни, как и в истории, все повторяется. И вот мы видим, как при стремительном оскудении Амударьи и гибели Аральского моря в оросительных системах юга скапливается избыток влаги, воды, насыщенной солями и удобрениями, пестицидами и ядовитыми дефолиантами. За эти годы из сбросовых вод образовалась целая система Ансайских озер, а Сарыкамышская впадина, что соседствует с пустыней Каракум и плато Устюрт, оказалась заполнена водой на площади 3200 квадратных километров. Только в одном Узбекистане 800 тысяч гектаров земли оказались заболоченными и засоленными. Фильтрация воды из каналов и избыточный полив подняли уровень грунтовых вод. Колодцы оказались отравлены дурной водой, нечисти из выгребных ям попали в некоторые из них, неся вместе с собой возбудителей желудочно-кишечных и иных инфекционных болезней.

А Западная Сибирь - вообще уникальный край, область пристального внимания археологов, историков. Сенсационные открытия, сделанные ими во второй половине XX века, познакомили цивилизованный мир с новыми страницами истории народов, населяющих эти земли на рубеже новой эры. И еще раньше. Просторы Обь-Иртышского бассейна еще ждут своих исследователей. Вернее, исследователи давно готовы, они ждут финансирования своей работы. А денег на это, в отличие от уже набившего оскомину «проекта века», как водится, почему-то нет: подумаешь, дела давно минувших дней...

Но разве бездумно похороненное прошлое на дне искусственного водохранилища - не прямой урон будущему? Весь путь нашего преобразования природы, к сожалению, усеян, как верстовыми столбами недобрых дел, вселенскими скандалами и огромными, часто невосполнимыми потерями.

Недавно прочитал в «Российской газете»: Хазарский город-крепость Саркел располагался на самой границе великой империи с русскими княжествами. Он и построен был хазарами как заградительный форпост на их пути «из варяг в греки». Возвели его греческие зодчие на том самом месте, где полторы тысячи лет спустя мы, «строители светлого будущего», поставим огромную Цимлянскую плотину и создадим искусственное море. И тем самым отправим на дно одну из величайших тайн и загадок истории, на которую нет однозначного ответа и по сей день: почему исчезла великая империя хазар (Хазарский каганат), при каких обстоятельствах она погибла и, главное, куда делось население этого громадного царства?

А ведь раскопки на месте исторического Саркела, как раз перед его затоплением, давали обнадеживающие результаты, проливающие свет на драматические события более чем тысячелетней давности, когда дружины князя Святослава накатывались гибельными волнами на северный форпост хазар. И далее вплоть до столицы Итиля. От этого натиска стала разрушаться древняя империя или от чего-то другого?

Теперь же мы своими руками пытаемся откопать грабли на берегах Оби и Иртыша. А потом смачно на них наступить! Неужто все к этому и идет?

Альтернатива

Вернемся к нашим баранам. Спрашивается, если сторонники «великого поворота» рек вцепились в свою идею бульдожьей хваткой, значит, они чуют баснословный навар и чью-то влиятельную поддержку?

Второе. Если радетели проекта так пекутся, аж до крокодильих слез, о геополитических интересах России, умирающем Арале, среднеазиатских пустынях, тамошних дехканах и голодающих детях, то почему бы им не обратить свои взоры, энергию и средства на решение наших, общероссийских проблем?

Одна из них связана с питьевой водой, причем грязной, недоброкачественной. Наши люди пьют откровенную гниль, болеют и умирают поэтому вовсе не от старости. И не надо при этом закатывать глаза, лупить себя по ляжкам: мол, надо же, какая нехорошая ситуация…

Хорошо известно, что ежегодно в поверхностные водоемы, из которых черпают влагу большинство россиян, сбрасывается около 28000 кубокилометров загрязненных сточных вод. Из них более четверти – без всякой очистки. И в этом «коктейле» - нефтепродукты, фенолы, тяжелые металлы, хлорорганические вещества, различные бактерии и вирусы. Среди патологических «страдальцев» - Дон, Северная Двина, Урал, Обь, Тура, Тобол, Братское и Усть-Илимское водохранилища.

По мнению экспертов, самое тяжелое, кризисное положение с чистой водой сложилось сегодня в Курганской, Тюменской, Томской, Архангельской, Ярославской, Калужской областях, в Приморском крае, в Калмыкии, Дагестане, Бурятии. Неладно и в Московской, Смоленской, Орловской, Тульской и Нижегородской областях.

В воде, которую пьют, например, жители Екатеринбурга, в обилии присутствуют двухвалентное железо, марганец, кремний и протчая и протчая. По качеству питьевой воды уральская столица уже давно имеет статус «территории риска». Да и как иначе! Верх-Исетское, Волчихинское и Верхне-Макаровское водохранилища, откуда к нам поступает влага, оцениваются экологами как чрезвычайно опасные. Так, в первом врачи периодически запрещают даже купаться, в лучшем из них – Волчихинском – вода содержит до 4 ПДК (предельно-допустимых концентраций) нефтепродуктов, до 6 ПДК цинка, до 46 ПДК меди, до 48 ПДК марганца, включая и другие элементы таблицы Менделеева! Ясно, что город вынужден тратить огромные средства на очистку воды. Но даже после выхода с фильтровальных станций она едва-едва соответствует питьевым стандартам.

Есть у нас территории, в водах которых значительно превышено содержание бария, брома, бора. В медеплавильных районах в воде накрепко «прописались» свинец, ртуть и мышьяк. Эти «приоритетные» загрязнители, например, выявлены екатеринбургскими учеными в Верхней Пышме. И слава Богу, что местная речка уже давно не используется для хозяйственно-бытовых нужд.

Вообще же, по данным, Центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора Свердловской области, наиболее плохая вода на востоке – в Байкаловском районе, Тугулыме, Талице и Туринске. Содержание минеральных солей здесь в 1,5 – 3 раза превышает установленный уровень. Столь же неблагополучна ситуация в Кировграде, Ирбите, Камышлове, Асбесте. И не случайно, что именно на указанных территориях отмечается растущее количество заболеваний сердечно-сосудистой и мочеполовой систем, много выкидышей и неудовлетоврительного развития внутриутробного плода, а дети до года в физическом и умственном развитии существенно отстают от своих сверстников.

Можно перефразировать известную пословицу: скажи, что ты пьещь, и я скажу, насколько ты здоров и как долго проживешь. Много железа в воде – жди аллергию. Перебор аллюминия – истощается нервная система. Не хватает фтора – у детей поголовно кариес.

Побережем себе нервы. И рассмотрим проблему под другим углом. Питьевая вода, это все знают, начинается отнюдь не в кухонном кране. Если верить статистике, совокупная длина российского водопровода – 456 тысяч км. Цифра заставляет почтительно замереть: этими трубами можно 11 раз опоясать земной шар! Беда в другом: из худых отечественных сетей вытекает по меньшей мере 15 процентов уже очищенной воды. Вот где резерв для продажи!

Но чиновникам до этого и дела нет. Велика беда! Население за потери заплатит.

Это сейчас. Ученые говорят, что через 30 лет больше половины жителей Земли будет страдать от острой нехватки воды и негативного воздействия человека на природу. Возможно, Уралу, Западной Сибири, России в целом такая проблема не очень страшна: по водным ресурсам наша страна стоит на втором месте в мире (на каждого жителя приходится примерно 30 тысяч кубометров воды в год) после Бразилии с ее знаменитой Амазонией, тогда как в Европе – всего четыре куба с хвостиком на душу. Что уж там говорить про Африку и Азию…

Вот еще один парадокс, имеющий решающее значение для всей современной цивилизации на планете: на Земле 71 процент всей территории покрыто водой и только 29 – суша, в Мировом океане сосредоточено 97 процентов всех вод, в ледниках – 2,15, а в реках, заметьте, лишь 0,63. При этом общий объем пресной воды от всех вод планеты составляет около двух (!) процентов. И хотя производство опресненной воды в мире удваивается каждые четыре года, человечество испытывает жесточайший дефицит питьевой влаги.

Западу своей воды уже не хватает. Читал, что в Германии 25-литовая бутылка чистой горной воды из Киргизии, с тянь-шанских ледников, уходит за 12 долларов. Потребление привозной бутилированной питьевой воды в развитых странах приближается к 100 литрам в год на душу населения.

Не знаю, кому как от такой цифири, а у меня слетает с языка: огромное водное богатство, отпущенное нам матушкой-природой, надо не только тщательно оберегать, экономить, но и максимально сохранить для будущих поколений.

В самом начале нового века в Ростове-на-Дону прошло выездное заседание Госсовета РФ, где обсуждалась национальная программа «Вода России – ХХ1 век», реализовать которую можно до 2015 года.

Вот лишь несколько прозвучавших там фактов.

Суммарный запас пресной воды в РФ составляет сегодня 60 тысяч кубических километров. Другие страны об этом могут только мечтать. Правда, и по способности загрязнять водоемы (в стране около трех миллионов рек и столько же озер) равных нам нет: ежегодный ущерб, который наносит грязная вода экономике державы, исчисляется в 70 млрд рублей. А очистные сооружения, соответствующие мировым критериям, на всю Россию есть только в Москве, Питере, Омске и Ростове. Не случайно и Гидромет констатирует: только 10-14 процентов водных объектов государства можно отнести к экологически благополучным. Да что там! Даже подземные воды – 3000 очагов!- загажены и превращаются в огромные бесполезные лужи.

Зато порадовал бывший министр природных ресурсов РФ Виктор Данилов-Данильян, который прямо-таки осадил любителей масштабных проектов переброски рек или «продажи воды кубическими километрами». Эти идеи, по его мнению, заведомо обречены на провал. «Дорожает все тяжелое и трудно перевозимое, а дешевеют высокие технологии. Те, кто продает или покупает воду, всегда будут бедными»,- веско заключил он.

Главным же приоритетом «водной стратегии» России должны стать высоконаучные технологии эффективного использования одного из главных природных богатств. Вероятно, в будущем на почве водяных кризисов неизбежны экономические конфликты, попытки политического давления одних государств на другие. И доминирующие позиции неизбежно займет тот, считают специалисты, кто продает технологии, а не гонит туда-обратно по каналам или трубам чистую питьевую воду. Поэтому России сегодня надо сделать все, пусть даже пупок развяжется, чтобы рациональное водопользование в стране вошло в систему, стало интенсивным и бережным.

Ну, а против пресловутой переброски рек (как бальзам на душу) выступили прежде всего сибирские губернаторы - Аман Тулеев (Кемерово), Леонид Полежаев (Омск), Леонид Толоконский (Новосибирск).

Тулеев, к примеру, заявил:

- Печально, что мы до сих пор не застрахованы от подобных авантюр. Кому-то из «прекрасного далека» привиделись излишки сибирской водицы, которую можно-де за деньги перегнать страждащим соседям. Однако нынешний (2003-й. – Авт.) год воочию продемонстрировал, что этих излишков в Сибири нет. Засуха, свирепствовавшая летом. Привела к тому, что еще недавно полноводные реки обмелели настолько, что их и курица могла бы перейти вброд. И где бы мы были в такой ситуации, начнись эта пресловутая «переброска»? Проблема рационального использования водных ресурсов страны требует государственного подхода и для ее решения необходима комплексная федеральная программа. Отдавать эту проблему на откуп ведомствам, политикам или ученым, пусть даже очень компетентным, – верх безрассудства…

А вот и вывод Госсовета, с которым согласился Президент России: «Вода – не товар. Это жизненно важный ресурс, который надо сохранить всеми силами».

Президиум, конечно, всех проблем не решил, но «шар» уже запущен, президент дал поручения соответствующим министрам, так что на выходе, будем надеяться, у нас появится Чистая Вода.

На реализацию программы «Вода России – ХХ1 век» потребуется, по подсчетам МПР, свыше 800 млрд рублей. Как видим, есть, есть куда приложить руки, у кого они сильно чешутся! Господа хорошие, вкладывайте свои средства в это благородное дело. Пусть граждане России пьют не гнилую, а чистую и здоровую воду! Как говорится, история и Родина вас не забудут…

Я абсолютно убежден: у России хватит мудрости, чтобы не сбиться на идеологию перебросчиков-глобалистов. Ведь перекачка воды за «большие деньги», заметил один ученый, – совершенно недопустимое упрощение существующих экономических проблем страны, жажда продавать природные ресурсы и жить за счет этого – самоубийство.

Древнегреческий трагик Хэренион называл воду «телом реки». Разумно, ведь организм человека почти на 80 процентов состоит из воды. К примеру, вывести из него вредные вещества тоже можно лишь с помощью воды, причем не любой, а непременно чистой. Кажется, сама природа дает подсказку: мы – ее неотъемлемая часть, так не пора ли позаботиться о себе?

А рытье водного канала из России в Центральную Азию – варварское вторжение в природу. Харакири. Это полное отключение мозгов и включение экспортного крана. Всего лишь…

Сергей Парфенов,
заслуженный работник культуры РФ


Рейтинг@Mail.ru


Rambler's Top100